Идеальная жена [= Тайный расчет] - Сандра Мартон

– Да уж, – усмехнулся Райан и, похлопав красотку по щеке, стал пробираться сквозь непроходимую толчею к бару.

Еще издали он заметил Фрэнка, который возвышался на одном стуле, яростно защищая другой. Прорвавшись наконец к стойке, Райан с довольным видом ухмыльнулся.

– Теперь понимаешь, как тебе повезло, что сегодняшний вечер ты проводишь со мной? – Фрэнк убрал свой пиджак с соседнего стула и освободил его для Райана. Потом посмотрел на друга наигранным мрачно-печальным взглядом. – Последние пятнадцать минут я только и делал, что угрожал растерзать каждого, кто попытается занять это место. Надеюсь, ты простишь, что после всего этого я не встречаю тебя глупой улыбкой?

Расхохотавшись Райан уселся рядом с ним.

– Извини за опоздание, старина. Застрял в офисе, – сказал он и кивнул в знак благодарности бармену Гарри, который, зная наизусть вкусы друзей, уже ставил перед ними широкие стаканы со льдом и жидкостью коньячного цвета. – Ну, так что? – спросил он, сделав приличный глоток. – Как идут дела?

– Зависит от того, какие дела ты имеешь в виду, – пожал плечами Фрэнк. – С бизнесом нормально. С любовью гораздо хуже.

– Что случилось?

– А-а-а! Я порвал с Эммой.

– Это что, твоя последняя? – улыбнулся Райан. – Я привык, что обычно ты называешь имя и даешь подробное описание, но…

– …но в последнее время ты не слушаешь, что я тебе рассказываю, дружище, – вздохнул Фрэнк. – Да, Эмма была моей девушкой этого месяца.

– А что случилось?

– Да как обычно. Она начала суетиться и намекать об отношениях “навсегда”. – Фрэнка даже передернуло. – Но мы-то с тобой знаем на сто процентов, что женщинам нельзя этого позволять, ведь так?

– Угу, – выдавил из себя Райан после едва заметной паузы, – конечно.

– Ну а у тебя как дела? Все так же убиваешь кучу времени, работая в офисе до поздней ночи?

Да, подумал Райан, он действительно убивает время, но отнюдь не работает, а просто сидит в офисе до самого позднего часа. Но какой смысл спешить домой? Если он придет до семи, они с Девон вместе поужинают, она за одним концом длинного обеденного стола, он – за противоположным. “Как прошел день? ” – спросит он. Она ответит и вежливо спросит, как провел день он, и Райан скажет, что нормально. Затем они опять погрузятся в вежливо-натянутое безмолвие, окружающее их обоих с той злополучной ссоры в день бракосочетания.

Райан нахмурился и кашлянул.

– Ты прав. Я, как и раньше, работаю допоздна, – сказал он вслух. – Ты знаешь… вечером, когда телефон молчит и сотрудники расходятся по домам, можно сделать очень много.

Фрэнк кивнул.

– Что ж, почему бы и нет? Понимаю, тебе незачем торопиться домой… – Он посмотрел на Райана, и хитрая ухмылка пробежала по его губам. – Конечно, если только обстоятельства не изменились и ты не начал получать наслаждение от общества своей временной жены.

Глаза у Райана вспыхнули недобрым огнем.

– Черт возьми, что ты хочешь этим сказать?

– Ну ладно, не лезь в бутылку. Мне просто интересно, остается ли статус-кво прежним.

– Да-да, – сказал Райан, успокаиваясь. – Извини, Фрэнк. Трудная выдалась неделя.

– Нормально, парень. Я понимаю, как тебе нелегко.

Нет, подумал Райан, вряд ли Фрэнк когда-либо испытывал то, с чем пришлось столкнуться мне.

Фрэнк никогда не жил в одном доме с женщиной-призраком, не открывал дверь комнаты, в которой она жила, только чтобы увидеть холодную вежливую улыбку и тут же уйти. Он ни разу не натыкался на невидимое ароматное облачко ее духов где-нибудь в гостиной. И уж совершенно точно, что он и понятия не имеет, каково это слышать негромкий, журчащий смех, когда она разговаривает по телефону, потом несколько часов метаться, точно в горячечном бреду, пытаясь догадаться, кто тот счастливчик, кому удалось ее развеселить, а ты, хоть убейся, не можешь заставить ее хоть мало-мальски искренне улыбнуться.

Нет, конечно же, Фрэнку все это неведомо. И он не знает, что такое лежать одному в постели – одну ночь, вторую, пятую, двадцать пятую, – когда тело горит как в огне от сознания того, что самая прекрасная, самая головокружительно красивая женщина спит в комнате по соседству, совсем рядом, достаточно подняться по ступеням и пройти несколько метров…

– Старик!

Райан смущенно откашлялся.

– Извини, Фрэнк. Я прослушал, что ты говорил.

– Я спросил, совершаете ли вы с Девон по-прежнему еженедельные паломничества к твоему деду, или спустя пять с половиной месяцев все стало проще?

– Ты что, смеешься? Это же дежурный спектакль. Дед вместе с Бримли ждут нас ровно в час дня каждое воскресенье.

– И старина все так же бодр, здоров и добродушен?

– Да, он в полном порядке, – улыбнулся Райан. – В Девон души не чает. Хочешь – верь, хочешь – не верь, но теперь, когда узнала его поближе, она просто влюбилась в него.

– Ну а что же будет, когда этот ваш брачный договор через неделю закончится? Неужели все прекратится?

Райан залпом выпил половину своего виски.

– Абсолютно.

– А как отреагирует дед? Что он скажет?

– Ничего. Я ему все рассказал о контракте, который мы заключили, – сразу же, с самого начала. Я его никогда не обманывал, Фрэнк. Ты это знаешь.

– Да, но он, должно быть, надеется…

– Конечно, надеется. Но он прагматик. Хотел, чтобы я согласился на женитьбу, – и я женился. Из этого, как ты знаешь, ничего не вышло…

– Cest la vie,[6]как говорят в Бруклине.

– Точно! – рассмеялся Райан.

– Во всяком случае, у тебя есть оправдание: ошибка-то его, а не твоя. Ему так и не удалось подыскать для тебя идеальную жену, верно?

– Да, – после длинной, почти минутной паузы проговорил Райан. – Пожалуй, ты прав – не удалось.

– Такая девушка! Современная версия Мисс Домохозяйки – вся блестит и сияет, а уж как мягко стелет! И что же происходит? На деле она оказывается зловредной, жестокосердной, коварной сучкой, которая только на первый взгляд горяча, а на поверку такая же сексуальная, как холодиль…

Райан бросился к Фрэнку так стремительно, что, когда все было позади, окружающие, ставшие невольными свидетелями происшедшего, так и не смогли прийти к общему мнению, что же случилось сначала, а что потом. На чем все сходились безоговорочно – так это что в одну секунду двое мужчин спокойно разговаривали, а в следующую тот, что повыше, вскочил на ноги, схватил того, который был пониже и покрепче, за воротник и так его треснул о барную стойку, что она заходила ходуном.